[promity]

Читал интервью с министром образования Васильевой, где она упомянула и 28 панфиловцев и своего научного руководителя, занимавшегося этим вопросом и доказывавшем, что подвиг имел место быть.
Вот одно из интервью с Георгием Куманевым.

Чем выше цена подвига, тем охотнее нападают на героев

Что на самом деле произошло у Дубосеково? Интервью с академиком РАН, специалистом по истории Великой Отечественной войны Георгием Куманевым
Георгий Александрович Куманев - cоветский и российский историк, специалист по истории Великой Отечественной войны, главный научный сотрудник и руководитель Центра военной истории России, академик РАН, автор более 500 научных работ.

Георгий Александрович, на сайте Государственного архива России 7 июля была опубликована справка-доклад главного военного прокурора Афанасьева по итогам проведенного в 1948 году расследования. Расскажите подробнее, что представляет собой этот документ, какова его история?

Вот история этого дела (№4041), которое сейчас снова использует ГАРФ для попытки развенчать подвиг.

В 1948 году военный прокурор Афанасьев узнал о том, что шестеро из 28 панфиловцев остались в живых, а четверо вообще оказались в плену. Он немедленно потребовал разобраться и развенчать подвиг. Для расследования была создана специальная комиссия. Привлекли всех, кого смогли – журналистов Красной звезды, полковника И. Капрова, бывшего командира 1075-го полка, и бывшего комиссара того же полка А. Мухамедьярова. Именно показания двух последних легли в основу дела. Они утверждали, что не было никакого боя у Дубосеково 16 ноября 1941 года. Но и командир полка Капров, и комиссар полка Мухамедьяров – сами бежали, отступили на десятки километров, их уже возле Крюково их остановил СМЕРШ. Командир и комиссар оказались под арестом, их отстранили от командования за трусость.

Что еще они могли сказать, если они сбежали? Какие из них свидетели? Что они могли видеть и знать? Оправдывая свое отступление, комполка во время допроса 11 мая 1948 года говорил: «у немцев было превосходство в живой силе и технике», «мы не успели как следует укрепить оборонительные рубежи». За это они были отстранены от руководства полком. Я читал допросы Капрова и Мухамедьярова. Во время допросов члены прокурорской бригады ставили перед собой единственную цель – развенчать подвиг 28 панфиловцев. И они, конечно, не могли не поддакивать прокурорам.

Потом их простили. Кто именно – я не знаю. Может быть сам Сталин, а может быть, Жуков.

О том, как завершилась история этого дела, мне рассказал маршал Советского Союза Г.К. Жуков. По его словам, ознакомившись с делом, секретарь ЦК ВКП(б) А.А. Жданов обнаружил, что все материалы расследования были подготовлены слишком топорно, шиты белыми нитками и что комиссия явно перегнула палку. Поэтому дальнейшего хода дело не получило, и оно отправилось в спецхран.


Академик РАН Куманев Г.А., слева, справа его брат В.А.Куманев, посередине И. Е. Добробабин.

Основная версия всех «разоблачителей» панфиловцев – что вся эта история была выдумкой журналиста «Красной звезды» А. Кривицкого. Есть ли основания верить этой версии?

Свидетельства Кривицкого, автора знаменитой статьи в «Красной звезде» были получены им от Ивана Моисеевича Натарова. Он получил тяжелейшие ранения и около трех суток плутал вокруг места боя. Затем его подобрали наши разведчики и привезли в полевой госпиталь, где он умирал. А Кривицкий получил сообщение, что тяжело раненый Натаров, один из 28 панфиловцев, находится на смертном одре, и помчался к нему. Он сидел возле него, и тот рассказал все подробности того легендарного боя. Именно на основании рассказа Натарова Кривицкий и написал статью от 22 января 1942 года в «Красной звезде».

В 1948 году Кривицкого привлекла бригада прокурора Афанасьева. Он подписал признание, что выдумал эту историю. Когда я узнал, что он вынужден был отречься от истории и сказать, что он все выдумал, я ему позвонил и спросил – Александр Юрьевич, что же вы наделали? Зачем вы сказали, что придумали это? А он говорит, понимаете, мне сказали: «Если не подпишешь, то мы немедленно тебя арестуем, а дальше выбирай – или Колыма, или Воркута. И оттуда ты уже не выйдешь». Он честно сказал мне – понимаете, я не был готов ни к Колыме, ни к Воркуте. И потому подписал эту бумагу. Это мне лично рассказывал Кривицкий в 49 или в 50-м году.

Вспышка была еще в 56 или 57 году, когда в «Новом мире» была разоблачительная статья, и тогда Кривицкого снова стали допрашивать. И тогда он испугался, что все вернется на круги своя, и снова подписал «отречение».

То есть подвиг был, и подвиг именно 28 героев?

Подвиг, несомненно, был, и он был легендарным и уникальным.

Эти 28 славных бойцов участвовали в спасении Москвы. Подвиг заключался в том, что им надо было обязательно, любой ценой задержать 53 танка и роту автоматчиков. Если бы они не сделали этого, враг прорвался бы на Волоколамское шоссе – и оттуда прямой ход на Кремль, на Москву. А в Москве в это время не было достаточных резервов. Но эшелоны уже мчались с бешеной скоростью в Москву, их скорость доходила до 1100 км в сутки. К концу легендарного боя эшелоны с резервами уже подошли, и эта брешь в обороне была закрыта. Несмотря на то, что враг захватил Дубосеково, 28 героев все же спасли Москву.

Они держали бой четыре с половиной часа, оборонялись как могли, и свою боевую задачу выполнили.

К сожалению, чем выше цена подвига, чем больше его значение, тем охотнее нападают на героев…

«Мемориал героям-панфиловцам» у разъезда Дубосеково. Фото: Commons.wikimedia.org
«Мемориал героям-панфиловцам» у разъезда Дубосеково. Фото: Commons.wikimedia.org
Справка, опубликованная Госархивом, рассказывает о дальнейшей судьбе выживших панфиловцев. Влияет ли как-либо эта информация на сам подвиг и его восприятие?

Да, действительно, в первых публикациях о подвиге говорилось, что все 28 бойцов погибли смертью храбрых. Им было присвоено звание Героев СССР посмертно.

Как потом выяснилось, шестеро из них остались в живых.

Из 28 бойцов выжили Даниил Кужубергенов, Григорий Шемякин, Илларион Васильев, Иван Шадрин, Иван Добробабин и Дмитрий Тимофеев.

В бою выжил и Иван Натаров, но вскоре погиб, через 3 или 4 дня после боя скончался от ран. Потом стали писать, что Натаров погиб 15 ноября 41 года, и поэтому не мог быть участником или свидетелем того боя и рассказать Кривицкому. Но это не так – и есть свидетельства других выживших панфиловцев, подтверждающие это.

У каждого из них судьба сложилась очень тяжело. Шемякин и Васильев долго лечились в госпиталях после тяжелых ранений и контузии. Шадрина и Тимофеева, находившихся без сознания, взяли в плен немцы. В лагере военнопленных они принимали активное участие в подпольной борьбе. Впоследствии Шемякину, Васильеву и Шадрину были вручены Золотые Звезды Героев Советского Союза. Тимофеев награду получить не успел, не доехал до Москвы - он умер в 1947 году.

Я встречался и с Кужубергеновым, и он произвел на меня прекрасное впечатление - так же как и Добробабин. Я лично беседовал с Шадриным и с Васильевым. Все они мне были как родные братья. Прекрасные люди, и настоящие герои. Я не допущу, чтобы прах героев кто-то потревожил своей клеветой.

Даниил Кужубергенов - связной политрука Клочкова – первым объявился из выживших панфиловцев. После боя он, Натаров и Добробабин выбрались из могилы, засыпанные в результате разрывов снарядов. Противник занял эту территорию, Дубосеково. Кужубергенов первым выкарабкался из братской могилы, винтовка его была повреждена. Он набрел на немецкий патруль, пытался отстреливаться, но затвор заел, и в результате - плен. Его схватили, избили, бросили в сарай с другими пленными в деревне возле Дубосеково. Но Кужубергенову удалось бежать – он оторвал доски, которыми было заколочено окно в сарае. Он наткнулся на конников генерала Доватора, рассказал им про бой у Дубосеково, и его зачислили в группу. Они совершили очень успешный конный рейд по немецким тылам в начале 1942 года. Затем прибыли на переформирование, и вот тогда Кужубергенов увидел газеты с материалами про героев-панфиловцев, в числе прочих и свою фотографию.

Тогда и разнеслась весть о том, что один из панфиловцев выжил. Даниил был арестован, его запугивали и допрашивали. Допрос вел Соловейчик Самуил Семенович. Когда я встретился с ним, он в растерянности потом говорил – «Знаете, что я могу сказать? Это подлинный герой. Но с меня вышестоящими органами требовалось получить признание, что в бою он не был. Мне надоело его упрямство, я не мог его сломить и заставить подписать признание. Тогда я вытащил пистолет, положил перед собой и сказал – «или ты сейчас подпишешь, или получишь пулю, а я всем скажу, что ты на меня набросился». Тогда Даниил плюнул, сказал «черт с вами!» и подписал. Его направили в маршевую роту на центральный фронт, забыл, куда именно. Он там сражался, получил тяжелые ранения, его списали. И снова пригрозили, что если он кому-то расскажет о том, что участвовал в бою под Дубосеково, он об этом пожалеет. Он потом работал ночным сторожем-истопником. Такой симпатичный человек был.

А что Вы скажете об Иване Добробабине, который потом служил в немецкой полиции? Это один из главных «козырей» в руках тех, кто пытается развенчать подвиг панфиловцев.

Ивана Добробабина я знал очень хорошо. Я был направлен на его поиски от «Комсомольской правды», и я его отыскал. Он работал фотографом в городе Цимлянске, я приехал к нему, и он многое мне рассказывал.

Конечно, легче всего объявить его предателем. Но вот как было дело. После нашего контрнаступления под Москвой немцы стали спешно вывозить лагеря в Германию. Добробабин пытался бежать, он и другие пленные выломали окно в товарном вагоне и прыгали из поезда на ходу. Иван с вывихнутой ногой шел по немецким тылам вместе с двумя другими пленными. Был мороз, снег и голод. Добробабин попал в село Перекоп, большое украинское село. И он там сразу встретил старосту села, по фамилии Зинченко, который сказал , что его участь может быть очень печальной, что его могут расстрелять, и решил помочь Ивану. Зинченко спас очень многих людей, был настоящий патриот! Немецкого гарнизона в селе не было. Присягу Добробабин не принимал, форму полицая не носил, и вместе с Зинченко они предупреждали об облавах, спасали людей, которые там укрывались от немцев.

У меня имеется около 50 подтверждений того, что его деятельность не была предательской. Партизан в округе не было, там и не спрятаться вокруг нигде.

Даже члены СМЕРШа потом проверяли его, допрашивали, и у меня есть документы, подтверждающие, что даже у СМЕРШа не было к нему никаких претензий! Его зачислили снова в ряды Красной Армии, вернули звание сержанта, медали и награды. И потом он получил Орден Славы третьей степени, прошел путь до Вены, был ранен и контужен.

Знаете ли Вы, что сейчас идут съемки фильма «28 панфиловцев», бюджет которого собран в основном из пожертвований людей? Пойдете ли на этот фильм?

Конечно, знаю. Я думаю, это хорошо, что есть такой интерес к теме и поддержка людей. Главное, чтобы фильм получился удачным и правдивым. Но, насколько я знаю, фильм задуман как прославление подвига панфиловцев. Пойду, посмотрю, конечно.

В другом материале даётся такая трактовка отношения к этому делу:

Факт появления справки-доклада Главной военной прокуратуры в 1948 году у историков никогда не вызывал особого удивления, поскольку именно в этот период Сталин всерьез опасался военного переворота, во главе которого мог стать маршал Победы Георгий Жуков. Органы госбезопасности прослушивали его квартиру и дачу, вели запись телефонных переговоров, и вполне могли иметь указания собирать компрометирующие Жукова материалы. Ведь именно Жуков в 1941 году возглавлял войска, защищавшие Москву — он был командующим Западным фронтом, и это по его ходатайству летом 1942 года павшие 28 панфиловцев были представлены к званию Героев. И то обстоятельство, что двое из них оказались в плену у противника, а один и вовсе служил у немцев полицаем, могло нанести серьезный удар по репутации маршала. Впрочем, если справка с одной стороны могла сыграть важную роль в дискредитации Жукова, то с другой она ниспровергала миф о подвиге, который к тому времени уже сталь частью истории страны, победившей фашизм. Наверное, поэтому Андрей Жданов, прочитав ее, сразу распорядился справку больше никому не показывать. Не исключено, что такое решение было принято Сталиным, ведь именно для него готовился этот документ. Ради чего тогда и кому вдруг понадобилось сегодня предавать огласке это «шитое белыми нитками» дело? Ведь «Совершенно секретный» доклад генерал-лейтенанта юстиции Николая Афанасьева был опубликован еще в прошлом веке. Причем полностью – и в «Военно-историческом журнале» и в журнале «Новый мир». Его давно цитируют не только отечественные историки, но даже шпион-перебежчик Виктор Суворов. И вот именно в год 70-летия Великой Победы, кому-то снова понадобилось снимать гриф секретности с этой пресловутой справки и на всю страну объявлять мифом подвиг, на примере которого было воспитано не одно поколение советских людей. Спрашивается, зачем? Если решение предать огласке прокурорскую справку, изобличающую подвиг панфиловцев, принято в рамках борьбы с фальсификацией истории, под флагом которой сейчас пытаются шельмовать советское прошлое, ниспровергая мифы и легенды, на которых воспитывалось не одно поколение молодежи, то становится ясным сокровенный смысл такого тенденциозного прочтения архивных документов. Так было с пактом Молотова-Риббентропа, «секретные протоколы» к которому до сих пор не обнародованы, так было с романом Александра Фадеева про «Молодую гвардию», подвиг которой тоже во многом якобы является литературным вымыслом писателя. Теперь на очереди панфиловцы, бросавшиеся с гранатами под танки у разъезда Дубосеково.