Николай Семенович Лесков, Лев Николаевич Толстой. Переписка
3. 1888 г. Июля 23.
23 июля, 88, Аренсбург.
Досточтимый Лев Николаевич.
Покорно Вас благодарю за письмо Ваше от 17 июля которое я получил здесь
вчера. Оно мне было и утешением, и радостью, и ободрением. Отправив письмо к
Вам, я стал себя укорять, для чего я это сделал? Зачем я позволил себе Вас
утруждать просьбою, да еще такою хлопотною? И стал я на себя сердиться
ежедневно, и положил в уме, что Вы мне не должны отвечать, потому что
просьба моя груба и нахальна. Вы меня утешили, ибо я вижу, что просьба моя
не показалась Вам неуместною. Мне ведь не к кому было обратиться с
этим вопросом, кроме Вас. Я радуюсь, что Вы здоровы и отдыхаете среди
любимых Вами сельских занятий, и я получаю ободрение в Вашем совете
работать, не заботясь об угодничестве цензуре. Я от этого много страдаю
материально, но еще более от дocaждений редакторских. Эти господа думают,
что непременно надо иметь их точки зрения и их заботы... За всем этим
маешься, маешься, да и устанешь, и начинаешь сам в себе сомневаться. В Вашем
слове я всегда черпаю силу, которая в нем есть и которая мне доступна для
усвоения. А потому я глубоко благодарен Вам за Ваше теплое и ласковое
письмо.
Совестно мне перед девицами, которых Вы понудили сесть ради меня за
"Пролог", но чтобы не лицемерить, - не смею от этой помощи отказаться, а
реку яко же обычно есть архиереям: "Приемлю, благодарю и ничесо же вопреки
глаголю". Справку, думается, можно сделать, легко, если у Вас есть
"месяцеслов" Косолапова. Там (помнится) есть оглавление и алфавит. Надо
найти "Севастиа", или "Себастия", а потом "мученики иже в Севастии", - тогда
сейчас и найдется то, что нужно. Выписочку мне нужно небольшую, но в которой
бы содержалась "суть", и притом подлинными словами "Пролога" или "Минеи",
потому что я имею такой план, - что мальчик раскольничьей семьи, перешедший
в господствующую церковь, - живет с дедушкой, добрым стариком, но дремучим
буквоедом, в землянке, на задворках и читает ему о мученицех в Севастии, 12
лет открывает в книге то, что дед "чел, чел да не узрел". Придут начетчики,
и 12-летний хлопец с ними будет спорить о духе, и "остро придет им
слово его", и "да не разорит он предания", отдадут его в солдаты, как "худую
траву - из поля вон". А там он пойдет "под пеструтины", и будет "профосом"
во исполнение повеления. Его доброта, чистосердечие; насмешки над ним; он
"прохвост". Аудитор богомольный научит заставить его быть "обозным палачем".
Надо удавить жида и поляка. "Прохвост" отказывается и делается новомученик
по севастийскому фасону. Таков мой план или моя затея, но я не знаю:
что там написано о севастийцах? Пособите мне, и молодым графиням на том же
кланяюсь.
Пишу же Вам все это со скоростию для того, чтобы Вы не послали мне справки
сюда, на Эзель, так как я на сих днях отсюда собираюсь уехать, а к 10-му
августа буду, или надеюсь быть в Петербурге (Фурштадская, No 50, кв. 4).
Прошу адресовать мне выписочку в Петербурге.
Верно Вам преданный и благодарный Н. Лесков.
6. 1889 г. Апреля 30.
30 апреля 89 г. СПб.
Лев Николаевич.
Вчера я послал Вам под бандеролькой мой маленький новый рассказ "Фигура".
Он позволен к печати и должен явиться в журнале "Труд" (приложение к
"Всемирной иллюстрации"). Это тот самый рассказ о родоначальнике украинской
штунды, о котором я писал Вам некогда, испрашивая у Вас совета, чтобы
сделать из этого маленький роман. Не получив ответа, я скомкал все в форме
рассказа, сделанного очень наскоро. Тут очень мало вымысла, а почти все
быль, но досадно, что я из были-то что-то важное позабыл и не могу
вспомнить. Кроме того - я Сакена никогда не видал и никаких сведений о его
привычках не имею. Оттого, вероятно, облик его вышел бесхарактерен и бледен.
Не могу ли я попросить Вас посолить этот ломоть Вашею рукою и из Вашей
солонки? Не укажете ли в корректуре: где и что уместно припустить для вкуса
и ясности о Сакене, которого Вы, я думаю, знали и помните. Пожалуйста, не
откажите в этом, если можно, и корректуру с Вашими отметками мне возвратите;
а я все Вами указанное воспроизведу и внесу в текст в отдельном издании.
Буду ждать от Вас хоть одной строчки ответа.
Гатцук передал мне свой разговор с Вами обо мне. Спасибо Вам, что знаете
меня и говорите обо мне. В суждении своем Вы вполне правы: не столь много
требуется "на нужу, сколько наружу". Душевное состояние мое, однако,
улучшилось и много улучшилось после того, как Вы мне написали, что "все
хорошо и полно жаловаться". Я не жалуюсь более, и в самом деле стало легче.
Помогите мне выправить и дополнить "Фигуру" в отношении неизвестного мне
Сакена.
Если Павел Иванович Не-Гайдуков у Вас - то прошу сказать ему мою
благодарность за присланные сегодня выписки из М. Арнольда.
Любящий Вас Николай Лесков.
Читать далее ...